Папины письма с фронта

В своём родном селе Виндрей Торбеевского района Республики Мордовия, раскинувшемся на берегу реки с таким же названием, последний раз Анна Федоровна Туркель побывала в 2005 году. В родительском доме тогда жила сестра Ольга с семьей (она ушла из жизни пять лет назад). Теперь дом используют как дачу взрослые сыновья сестры.

85 лет назад в семье Марии и Федора Побожьевых появилась на свет девочка Аня. Она была четвертым и самым младшим ребенком в семье, где уже росли сестры Лизавета, Ольга и брат Миша. Через шесть лет детство для неё закончилось — грозный и страшный июнь 1941 года перевернул судьбы десятков миллионов людей.

— В нашей семье воевал только отец. Его в действующую армию призвали ближе к осени. Меня на сборный пункт не взяли — не было валенок, — вспоминает Анна Федоровна. — С войны папа вернулся ранней весной 1945 года, израненный и больной туберкулезом. Со встречей его вышла целая история.

Про мордовский ГУЛАГ легенды ходили еще до войны. Первый такой лагерь располагался в шести километрах от села, а дальше они шли чередой один за другим. Ближе к концу войны в них было много военнопленных солдат и офицеров тех армий, которые сражались на стороне фашистской Германии. Женщины, уезжая на работу или за продуктами в другие села, пугали детей совершившими побег из лагеря военнопленными. В тот день мама сказала Анюте, что сбежал какой-то румын (эти солдаты проявляли на фронте особую жестокость) и отправилась в ближайшую деревню менять дрова на картошку. Аня выслушала маму внимательно и через некоторое время отправилась гулять на улицу.

— За калиткой я споткнулась и упала, а когда подняла глаза, то увидела перед собой незнакомого, небритого, худого мужчину в какой-то шапчонке и побитой шинели. «Ну, всё, румын. Сейчас убивать будет», — с ужасом подумала тогда. Он спрашивает меня: «Девочка, как тебя зовут?» Отвечаю, едва шевеля губами: «Нюра». Рассказала ему и про маму, и про сестер, и про Мишку, — со слезами на глазах вспоминает Анна Федоровна. — Повернулась назад, а к нам бегут Лизавета и Ольга, они через окно узнали в том мужчине нашего папку. Обнимаемся, плачем, и вдруг отец падает в обморок. Сейчас думаю, от голода и болезни, которая точила его из нутра. И вот мы три девчонки волочем по снегу взрослого мужчину. Занесли в дом, уложили на постель. Он прожил совсем недолго, умер осенью. Мы узнали, что сначала отец долго лечился в госпитале, а потом его отправили вновь на фронт в похоронную команду, и тогда он заболел.

Анна Федоровна, успокоившись, продолжает свою грустную историю:

— Знаете, в военные годы мы не голодали, хотя, конечно, разносолов на столе не было. Вокруг села на многие версты леса, а это грибы, ягоды, мясо диких животных. Река была полна различной рыбы. Мама умела делать всю крестьянскую работу, у нас были корова, коза и свинья. Вокруг села было несколько лесхозов и все женщины трудились на заготовках древесины и попутно заготавливали дрова для дома. Вывозить их приходилось в темное время суток. Иногда по дворам ходили проверяющие, и нам приходилось прятать чурки в лесу. Иначе обязательно «пришили» бы политическую статью. День Победы помню хорошо. Моя мама с утра ругалась с соседкой. Крепко ссорились. И вдруг заработал сельский радиоретранслятор. Диктор говорит: «Война закончилась. Победа!» Женщины на секунду застыли в немой сцене… и бросились друг другу в объятия — крепкие, искренние и радостные. Конечно, был большой праздник. Соседки из ближайших домов вместе с мамой собрались, накрыли стол, выпили, попели, поревели. Из Виндрея на фронт ушло много мужчин и больше половины из них не вернулись в родное село.

Мария Лаврентьевна умерла через год. Аню и Мишу отправили в детский дом, где она провела несколько лет и окончила девять классов. В детдоме были в основном эвакуированные дети из разбомбленного Смоленска. Еще были две девочки, каким-то образом вывезенные из блокадного Ленинграда. Их рассказы о голоде, холоде, ужасах жизни там дети слушали с замиранием сердца. Тогда ребятам было сложно осознать, какой великий подвиг совершили жители города на Неве. Между прочим, через несколько лет после войны, подросшие ленинградки побывали на малой родине, и теперь они с большим воодушевлением делились картинами восстанавливавшегося из руин города.

— После школы я поступила в Рязанскую профтехшколу и получила специальность швеи легкого платья. В последний год обучения к нам пришел новый учитель физкультуры. Он служил на Дальнем Востоке и расхваливал его необычную природу, а главное, людей, которые там живут, — продолжает вспоминать Анна Федоровна. — Мы с подругами загорелись поехать в неизведанный край. Первая попытка закончилась неудачно, а вот второй раз меня вместе с подругой в Хабаровск направили аж из самого Московского «Роспромсовета». Неделю добирались на поезде, приехали, нам говорят, что нет жилья, поезжайте в Николаевск-на- Амуре. Делать нечего. Сели на теплоход «М.И. Калинин», через четыре дня мы в столице Нижнего Амура. Кое-как устроились на проживание. Начинала я работу в швейной мастерской, потом трудилась на комбинате бытового обслуживания (двухэтажный деревянный дом напротив здания по ул. М. Горького,95). Была мастером, потом закройщицей. Будущего мужа встретила в 1976 году. Владимир Павлович Туркель работал на судостроительном заводе столяром, позже мастером в цехе № 8. Он умер в 2005 году. Мне с ним очень повезло в жизни, вместе прожили счастливые годы. У меня две дочери. Одна живет в Украине, а другая — в Лучегорске Приморского края.

В конце нашей беседы спрашиваю Анну Федоровну о самом ярком воспоминании, оставшемся из тех тяжелых военных лет:

— Кроме возвращения папы, это его письма с фронта. Он писал часто, особенно, когда лежал в госпитале. Меня всегда посылали на почту за ними. Дома мама, не спеша, аккуратно раскрывала солдатский треугольник и кто-нибудь из старших сестер начинал читать вслух. Помню, как билось сердце, когда слушала рассказы о фронтовой жизни — отступлениях и победах или простых житейских моментах. Мама много работала, и ответ папе сочиняли Лизавета и Ольга. До сих пор помню, как бегу домой и прижимаю к себе серый лист бумаги. Это моя связь через тысячи километров с дорогим человеком. Моим папой!

Иван Белов, школа № 4, 9 класс.

Поделиться
   

Анонс

Кто они, герои нашего времени? Это наши милые, дорогие медицинские сестры, работавшие в «красной зоне», спасавшие больных, заразившихся коронавирусной инфекцией. Читайте о них в газете «АЛ» за 12 мая.

В чем счастье семьи Бурмакиных? Что они сами об этом думают? Читайте в газете «АЛ» за 12 мая.

x
   

Анонс

Кто они, герои нашего времени? Это наши милые, дорогие медицинские сестры, работавшие в «красной зоне», спасавшие больных, заразившихся коронавирусной инфекцией. Читайте о них в газете «АЛ» за 12 мая.

В чем счастье семьи Бурмакиных? Что они сами об этом думают? Читайте в газете «АЛ» за 12 мая.

x