Пережитое

29 июня 1941 года немецкая армия начала наступление на Мурманск. Немецкое командование планировало за две недели захватить важнейший морской порт. Но ценой ожесточенных боёв и безграничного мужества линия фронта оставалась неизменной до 1944 года. Немцам не удалось за три года пройти «смешные» (выражение Гитлера) 100 километров до Мурманска, который стал прифронтовым с первого месяца войны. Но наше повествование пойдёт о поколении сильных людей, родившихся в суровые военные годы. Эту замечательную женщину знают, любят и помнят не только в Николаевске. По всей стране разъехались воспитанники детского сада «Золотой ключик», где более 40 лет была заведующей Лидия Александровна Потороча.

День рождения.

Она родилась в Мурманске в тот день, когда начался обстрел и бомбежка города — 29 июня 1941 года. Как это было страшно для всех жителей, а для молодой мамы Меланьи Афанасьевны особенно. Дома маленькая трехлетняя Амина, двухлетний Юрочка, на руках новорожденная Лидочка, муж на войне, которая шла всего шесть дней, но сметала всё вокруг. Каким-то необъяснимым чудом папа Александр Алексеевич приехал в роддом, забрал маму, Лиду, детей, свою родную сестру, посадил всех на поезд, идущий на Украину — там жили его родители. Отправил им телеграмму: «Встречайте наших».

Украина.

Немного проехали, началась бомбежка, поезд остановился. Весь состав высадили на какой-то станции. Ночевали прямо на улице, народу так много, что негде было присесть. Около двух месяцев мама с тремя малыми детьми никуда не могла уехать. Было просто невозможно сесть на проходящий поезд — огромная людская толпа штурмовала вагоны. Но однажды повезло: молодые солдаты помогли погрузиться на поезд, идущий не до Днепропетровска, куда им надо было, а до Харькова, но делать нечего, лишь бы ехать поскорее к родным.

Прибыли в Харьков. Вокруг понурые люди, очереди за продуктами, не слышно людского смеха, тревога чувствовалась во всём. Мама была в отчаянии. Поезда не ходили. «Как быть? Днепропетровская область большая, 226 километров не дойдём до Новомосковска», — думала она, не понимая, что тут можно ещё предпринять. Увидев повозку с лошадью, уговаривала кучера их отвезти, но тот отказывался. Начала упрашивать, собрала все денежки, какие были, и отдала. Только тогда мужчина согласился. Посадила детей на повозку и поехали. Меланья Афанасьевна не знала, что уже шла оборона Днепропетровска (от него 34 км до дома) и что советские войска будут вынуждены оставить город.

Новомосковск.

Бабушка ждала невестку с детьми каждый день, выходила на дорогу в надежде, что едут, но проходили неделя за неделей и — никого. В то утро она вышла просто так, уже по привычке, понимая, что никто и сегодня не приедет. Видит, едет телега: «Вот цыгане куда-то едут в своих кибитках. Да где же мои?!» — и почему-то побежала навстречу. Столько радости и облегчения было, что наконец-то все рядом и в надежных руках. Намылись, выспались, а на следующий день поехали регистрировать Лидочку. А в это время уже сутки, как началась немецкая оккупация Днепропетровска, которая быстро дошла и до украинского городка Новомосковска и окрестных деревень.

Немецкая оккупация с 25 августа 1941 гада.

«Выживали, как рабы. Пережили столько, что просто невозможно передать словами», — рассказывает Лидия Александровна. — Во все время оккупации был введен комендантский час: с 20 часов до 6 утра никто не имел права перемещаться. Это для того, чтобы снизить активность подпольного движения, которое начало свою работу с первых же дней. Немцы из каждого дома брали одного человека в заложники и расстреливали — за пособничество подпольщикам и партизанам, как они говорили. Под расстрелы на улицах мог попасть кто угодно: ребенок, взрослый или старик. Немцам было всё равно, кого убивать! Взрослые работали на немцев. Немецкая администрация следила за тем, чтобы город никто не мог покинуть, чтобы работники ходили на заводы, а безработные трудились на общественных работах. Людей вывозили на работы в Германию. Угнанная молодежь — это обычное дело для оккупации. Две сестры моей мамы были няньками, разнорабочими, служанками в Германии. Выехать за город можно только по специальному разрешению. И каждый взрослый житель должен был являться раз в месяц на биржу труда — засвидетельствовать свое присутствие. Гитлеровцы намеревались обосноваться прочно и основательно. Они заняли самые лучшие дома в городе, а хозяева квартир жили, где придётся. Переименовали улицы, учреждения и здания на свой манер.

У бабушки был дом с участком, в нём жили немецкие солдаты. Мы все разместились на летней кухне, а потом в погребе. Однажды началась бомбёжка. Мы прятались в погребе, но в этот раз взрывной волной нас сильно засыпало. Через какое-то время соседи спохватились: куда делась семья? Откопали. Среди ночи бабушка вспомнила: «А где же Лида? Всех покормили, помыли, все спят, а она где?». Едва рассвело, побежала в погреб. Лежит наша Лида живая и пальчик сосет. Через несколько дней выяснилось, что Лида серьезно заболела, а лечить нечем. Пробовали то одно, то другое, но ей становилось хуже с каждым днем. Тогда мама решилась, на свой страх и риск, обратиться к немецкому доктору, который слыл лояльным к населению. Ребенка он посмотрел и сказал: «Не выживет». Но бабушка еще тот воин и боец! Одна мысль, что они потеряют ребенка, привела её к решительным действиям. Она стала искать травников. Так и познакомилась с бабушкой-знахаркой, живущей на окраине города: «Немец не вылечил, а я вылечу!» Очень мед

ленно поправлялась Лидочка.

Немцы становились все злее и злее, они бесцеремонно входили в дома, в сараи, что-то искали. Было очень опасно попасть под немецкую руку. И тогда, чтобы немцы детей не трогали, мама и бабушка обрили всем головы, повесили на свой сарай табличку «Тиф» и этим спаслись. Но было немало случаев, когда, прочитав таблички на домах, немцы сжигали их вместе с живущими семьями. Ни детей, ни взрослых немцы не жалели! В оккупации бабушка всегда говорила: «Один день прожили, и слава Богу!», а продлилась оккупация ровно два года и два месяца — до 25 октября 1943 года.

В августе 1945 года вернулся отец Александр Алексеевич, дважды раненый и контуженый. Все годы на передовой, воинское звание: капитан. Герой, он вывел артиллерийскую батарею из окружения без потерь. Орденоносец, участник битвы за Днепр, освобождал Заполярье, Польшу, Болгарию, Кёнигсберг, награжден медалями и орденами. Вестей от него не получали всю войну, это было настоящее счастье, что отец вернулся! Все целы и живы! Взял Лидочку на руки и долго-долго смотрел, знакомился, ей было уже 4 года.

Жизнь после войны шла своим чередом: восстанавливались, ремонтировались, садили картошку, зелень, ждали августовских яблок, чтобы поесть вволю. Потихоньку отходили от пережитого, но направили Александра Алексеевича Потороча на строительство судоверфи начальником цеха в Якутию. Поехали всей семьей. По словам бабушки, жили очень скромно, край суровый, морозы 50-60 градусов.

Прошло несколько лет.

Вдруг пришел вызов из Министерства морского флота. Александр Алексеевич Потороча назначен на должность заместителя директора судостроительного завода в Мурманске. Здесь Лида пошла в школу, запомнилась экскурсия на ледокол «Красин», прием в пионеры самых лучших учеников. Вскоре выяснилось, что для Лиды климат не подходит. Стали жить у бабушки Натальи Пантелеймоновны на Украине, а маме пришлось постоянно ездить к папе.

1956 год.

Он изменил налаженную жизнь. Лиду поставили перед выбором на семейном совете: «Или остаешься здесь, продолжаешь учебу в техникуме электрофикации в Днепропетровске, или едешь с нами в Николаевск-на-Амуре. Видеться будем редко, раз в два года».

Николаевск-на-Амуре.

Приехали в мае. Какое северное лето, уже знали. Отец работал на судостроительном заводе начальником отдела труда и заработной платы, мама — домохозяйка. Лида вместе с Рутеном Аёшиным и Светланой Солончук — студенты педучилища. Учиться было интересно. Очень быстро пролетело студенчество, а потом началась самостоятельная работа. 53 года отработала, из них 40 лет заведующей в детском саду «Золотой ключик».

А как же остальные герои нашей истории? Старшая сестра Амина со своей семьей жила в Санкт-Петербурге, окончила пединститут. Брат Юрий окончил Владивостокское мореходное училище и на торговых судах объехал весь мир. В 1974 году родители уехали в Ярославль, похоронены на Украине, рядом с бабушкой. Лидия Александровна живет в Николаевске, часто общается со своими коллегами. «Люблю наш город, нашу необыкновенную природу и Амур, — говорит Лидия Александровна. — Но особенно люблю наших людей, добрых и отзывчивых. Очень благодарна моим коллегам за внимание ко мне, за теплоту наших встреч! Желаю всем радости и верных людей вокруг!»

Арина Богданова, студия юных корреспондентов «Сюжет» Центра детского творчества.

Поделиться
   

Анонс

Пионерской организации исполняется 100 лет. Как всё начиналось, рассказывает газета «АЛ» за 18 мая.

Николаевск посетил митрополит Хабаровский и Приамурский Артемий. В Свято-Никольском храме состоялась литургия. Читайте «АЛ» за 18 мая.

«Ангелы в белых халатах» - так любовно называют пациенты помощников врачей,  которые 12 мая отметили Международный день медицинских сестёр.  «АЛ» за 18 мая рассказывает об этом.

x